«Долгая амнистия» Почему в Хакасии в 1967 году детей убивали уголовники, а в 2020 убивает лицемерие гражданского общества

1
14333
Почему в Хакасии в 1967 году детей убивали уголовники, а в 2020 убивает лицемерие гражданского общества

Долгое чтиво в двух частях о том, как в обществе ложь подменила правду, небезразличие предательство, а обесценивание запугало справедливость

Часть 1: «4 ряд»

Немолодой грузный мужчина, то и дело останавливаясь и внимательно вглядываясь в глубь погоста, несколько раз прошел вдоль рядов могил. В левой руке он держал пятилитровую канистру с водой, а в правой, неестественно повисшей на плече, две гвоздички. Его сопровождала женщина и мужчина средних лет, он говорил по телефону и постоянно крутил головой по сторонам вероятно, пытаясь по словам собеседника на том конце линии, сориентироваться куда идти всей компании.

– Ребята – обратился к нам мужчина с гвоздиками. Не подскажете, где тут 4 ряд? Голос его был размеренный, с нотками грусти. Как-то сразу улавливаю, что этот визит на погост дался ему нелегко.

Мы со средней дочерью Андрея Тенякова – Анастасией как раз волокли к забору очередные ветки с заброшенных захоронений. Вопрос незнакомца немного озадачил. Несмотря на третье воскресенье подряд уборки на закрытом абаканском кладбище №2, мы не задумывались, как идет нумерация рядов погоста. А главное, откуда начинается: от забора на самой верхушке пригорка или от входа на кладбище? С начала нашей акции как-то привыкли ориентироваться по годам захоронений.

Мы начали крутить головами в попытке сориентироваться и понять, как идет отсчет.

– Вот помню, здесь где то, рядом от дорожки – продолжал мужчина. Потом идешь и дерево стоит, словно в тупик заходишь. А где вот сейчас это место, не могу сообразить – начал он вновь озираться в попытке узнать место.

– А какого года захоронение – спросили мы.

– Так…, ну моему брату 66, а младший погиб в 12 лет – начал вслух подсчитывать в голове мой собеседник. 1966 год, наверное – неуверенно решил он. Саша, ты спроси мать, в каком году похоронили – прокричал мужчина спутнику с граблями. Тот согласно закивал головой и начал уточнять по телефону.

Настя, поднимаясь пригорок, нашла 6 ряд. В глазах мужчины мгновенно вспыхнул огонек надежды, и он тут же заковылял наверх. Мы решили помочь ему в поисках могилки и пошли по рядам рядом.

– Давно не были – попытался я поддержать разговор.

– Давненько – уклончиво ответил мужчина. Брат мой тут лежит, я родился, когда его уже не было, вот помню оградка была в голубой цвет покрашена. Его не видел никогда, а люблю всю жизнь, словно рядом.

Меня его слова словно подкашивают. 15 лет назад я потерял младшего брата. А он словно просто ушел на время.

– Вон там много детей похоронены – услышала наш разговор Настя. Мы прошли почти до самого конца, но увы, нужного захоронения не нашли. Чуть ниже двое участников нашей акции восстановления заброшенных захоронений на закрытых абаканских погостах Андрей с Дмитрием складывали срезанные ветви на тропинку.

– В 1967 году он похоронен – сказал спутник с граблями. Она вспомнила – видимо его собеседник на том конце провода телефона, подсчитала год смерти.

– Андрей – кричу Тенякову, 67 год там у вас?

– Да, есть, идите сюда – отвечает.

«Долгая амнистия» Почему в Хакасии в 1967 году детей убивали уголовники, а в 2020 убивает лицемерие гражданского общества – Интернет-журнал Хакасии “Новый Фокус”
«Долгая амнистия» Почему в Хакасии в 1967 году детей убивали уголовники, а в 2020 убивает лицемерие гражданского общества – Интернет-журнал Хакасии “Новый Фокус”

Увы, поиски результата не дают. Мы прошли почти до самого забора, но наш новый знакомый не нашел родную могилку.

– Ну давайте в следующий раз уже – подала голос женщина из компании.

– Нет, нет, он здесь, сейчас найдем – не думал сдаваться грузный мужчина.

Казалось, могилку уже не найти, исходили сектор вдоль и поперек. Как вдруг вся компания застыла напротив, очищенного нами чуть раньше, заброшенного захоронения. На могилке уже не было ни фотографии, ни таблички, краска отслоилась. По всей видимости, от старости отломилась звезда (или крест) на памятнике сверху. Захоронению нужна реставрация. По всему видно, раньше за могилкой ухаживали очень тщательно и трепетно. А судя по месту в оградке, на погосте оставили место для захоронения рядом с погибшим мальчонкой. По лицам людей в компании было понятно: они нашли, кого искали.

– Нашли – решили удостовериться мы.

– Да, он – уже как-то приглушенно ответил мужчина.

Могилка Ромы Ане (Анне) убитого уголовником в Абакане в 1967 году – «Долгая амнистия» Почему в Хакасии в 1967 году детей убивали уголовники, а в 2020 убивает лицемерие гражданского общества

Мы ушли, чтобы не мешать и продолжили вытаскивать срезанные ветви с заброшенных к забору.

«Амнистия мракобесия»

Спустя минут 30 компания уже направилась к выходу. А главный в компании мужчина, чей брат был погребен в далеком 1967 году, подошел ко мне.

– Мы там мусор собрали – начал он, глядя себе под ноги.

– Да, мы все унесем – отвечаю, но улавливаю, что мужчина хочет поговорить не об этом. Но не решается. Переминаясь с ноги на ногу, он посматривал мимо меня словно опасаясь того, о чем желает сказать. Воздух уже вырвался из его легких, но мужчина еще не осмелился заговорить о глубоко личном.

– Не погиб он – наконец осмелился собеседник. Убили его…Гадкое тогда время было, послевоенное. Мужики погибли на войне, некому было мальчишек воспитывать. После смерти Сталина в 1953 году еще и амнистию объявили. Воры, насильники, убийцы, мошенники, отсидевшиеся войну в тюрьмах, моральные дегенераты, без Родины и флага. Все это отребье вышло на свободу пыталось навязать простым людям свои блатные порядки. А послевоенные абаканские мальчишки из простых семей стремились подражать этим уродам. Не хватало им мужского, тянулись к силе, воле, стержню. А эта шваль подкидывала детям ложную идею лагерной справедливости. Насаждалось, если считаешь себя уважаемым пацаном, то обязан жить «по понятиям» и подчиняться законам зоны. А вся эта мразь лагерная для детворы, подрастающих мальчишек, считалась непререкаемыми авторитетами. Других то не было. Уголовники, брали мальчишек «на слабо», обыгрывали их в карты и заставляли исполнять свои желания. А это либо кого-то обворовать, либо убить. Тогда это повально было, считалось верхом «понятий» посадить другого на карточный долг, заставить воровать за себя, обзавестись своими «шестерками». Быть эдаким уважаемым «паханом», «авторитетом». Вот мой братишка, чтобы быть своим среди пацанов сел играть с таким вот «блатным». Причем, этот картежник оказался наш дальний родственник…Мама рассказывала, брат очень добрым был, чистым, все котят да щенков спасал…Тогда он проиграл естественно, а «блатной» приказал в счет долга убить кого-то. Брат, естественно, начал прятаться. Тогда тот обманом все-таки вытащил его на речку и утопил…

Глаза у мужчины налились слезами…

– Но брат умер не от того, что захлебнулся – продолжил уже с глазами полными слез мужчина. От ужаса у него просто не выдержало сердце… Седым его хоронили…12 лет было…Много таких случаев…

Давшиеся с таким трудом слова, похоже, принесли ему невероятное облегчение. Я не знал, что можно сказать, я просто закипал весь изнутри. Атмосфера показалась мне до боли знакомой.

– В реке Абакан топил – задал я от переизбытка чувств странный вопрос. Похоже моя глупость немного привела собеседника в себя.

– Не знаю – ответил мужчина. Меня еще не было. Вон его мать – мужчина кивнул на парня с граблями, тогда еще маленькая совсем была. Сестра моя…Да и не надо было тому «блатному» никого убивать, просто подсаживая брата на долг, он такой же шушере как он, показать хотел какой он крутой…Ладно, пойду я, ждут – лицо собеседника прояснилось, похоже, ему давно надо было просто выговориться. Мы пожали руки. Мужчины и женщина вышли за территорию, открыли багажник автомобиля и, похоже, начали поминать брата и дядю умершего 53 года назад от руки блатного подонка.

«Идея терпил»

Казалось, я сейчас взорвусь изнутри.

Какой конченной мразью надо быть, чтобы взять и цинично топить ребенка? Что за твари тогда населяли славный город Абакан?

Где были те, кто по совести и отцовскому долгу обязан был пресекать лагерные порядки среди нормальных людей и уничтожать всю эту блатную мразь?

Какие подонки в мужском обличии вообще так могли поступать с верящими им мальчишками: обманывать и придумывать им долги, а потом отправлять убивать «отрабатывая долг»?

Я вернулся к парням, участниками третьей уборки на закрытом абаканском кладбище №2 и эмоционально пересказал разговор с незнакомцем.

– Где мужики то были – кипел я. Ну суки, попались бы сейчас. Почему нормальные люди не собрали всю эту поганую блатную свору, не дали 24 часа исчезнуть навсегда. А в случае неисполнения не начали спускать персонально каждого вниз по течению Енисея? Какой фашизм тогда победила страна, если ребенок в 12 лет умирает такой вот лютой смертью от руки лагерной швали?

Парни кивали головами в знак согласия. Вдруг Андрей, в мгновение ока, заставил застыть слова в моем горле:

– Миш, а сейчас разве не так – спросил он. Ты же сам пишешь, пока одни идут убирать заброшенные могилки на закрытом кладбище, большинство рвануло обесценивать их идею. Думаешь много с тех времен многое изменилось? Считаешь, что сейчас мальчишкам не навязывают блатную романтику всякими «А.У.Е» (запрещена в России – прим «НФ»)? Или сменилась атмосфера с «бухай, кури, обманывай» на «помогай, люби и созидай»? Сама среда ненужности государству энергии юных поколений, обесценивает их желание изменить мир к лучшему и подталкивает молодежь в лапы проводников блатных идей или тех же наркоторговцев. Потому идеи добра и милосердия в обществе не нужны. На добрых и милосердных смотрят как на слабых идиотов. Ты силен, если умеешь обдурить и обобрать ближнего. Этот устоявшийся дух общества толкает молодежь на путь зла. Но где сегодня отцы? Где примеры для подражания детей, стержни мужества и жизненной мудрости?

Я лихорадочно пытался найти, что возразить, но ни одного аргумента у меня не было.

Часть 2: «Или почему истинное величие начинается с понимания собственного ничтожества»

– Хочешь поставить на место таких уродов? Давай! – распалялся уже мой собеседник. Я пойду, и ты пойдешь, соберется нас сотня отцов, ну две на весь Абакан, готовых к действию и наведению порядка и выкорчевыванию всякой швали. А где остальные будут? Сколько людей выходило на митинги в Абакане после череды безнаказанных убийств в 2013 году? 250 человек? На всю Хакасию! Мы то пойдем, а остальные где будут? А я тебе наперед скажу. Они сядут и будут наблюдать. Победим этих урок, наблюдатели-терпилы скажут, что нам повезло. А не сможем вышвырнуть тварей, то эти ничтожества в штанах еще и обсмеют нас, мол, не смогли победить и себе оправдание найдут.

Потому что не ради будущего своих детей они живут, а для того, чтобы обесценить поступки другого человека и тем самым возвыситься. Это проще, чем предпринять усилия для будущего своих же детей.

Иначе откуда живут и буйно разрастаются все эти «А.У.Е.» или «Синие киты»? Потому что нет отцов воспитывающих своих пацаном мужчинами. Где мужчины способные защитить от лагерных понятий своих сыновей?

Где настоящие мужики способные постоять за своих детей, а не терпилы, ищущие себе оправданий?

У меня не было контраргумента, не знал, что сказать. Я вспомнил судью Абаканского городского суда Ингу Пьянкову. Детям своим рассказывать буду как в 2015 году она отменила решение нижестоящего суда о законности прекращения уголовного дела по факту убийства Олега Благодатских. Тогда Инге Викторовне проще всего было признать законным отказ, но она явно выискивала основания для отмены постановления. Она старалась найти их, чтобы пойти на встречу обществу, дать шанс на справедливость семье убитого Олега. Пьянкова рисковала, решение могло обернуться против нее самой, но судья пошла на это ради справедливости. А если бы сегодня ей понадобилась защита общества, ее принципов честности и справедливости во имя закона и права, сколько бы человек рискнуло заступиться также за честную судью?

Вспомнилась министр образования Хакасии Лариса Гимазутина, она всегда, без огласки и тихо помогает нуждающимся. И даже сейчас, прислала копеечку на наше мероприятие по наведению порядка на заброшенных захоронениях и ультимативно требует никому об этом не говорить. Министр делает это от чистого сердца, не ожидая ничего взамен, просто такой человек. Но если завтра Гимазутина попадет под очередной политический водоворот, только потому что честно делает свою работу, сколько небезразличных граждан встанет на ее защиту?

Отвечающие людям милосердием, добром и справедливостью, вынуждены тщательно скрывать свои поступки. Утаивать уже потому что потому что они небезразличны и честны и в них есть настоящий человеческий стержень. Светлые люди в Хакасии прячутся от света. И в этом весь парадокс.

Разве так можно жить? Каких перемен мы тогда ждем?

«Личная демократия»

Наравне с примерами человечности вспомнился образ немеркнущей звездаа хакасской адвокатуры, Петр Лысенко. Еще недавно он был рядом с Интернет-журналом Хакасии «Новый Фокус» – khakasia.info, а точнее, с нашими идеями развития гражданского общества. Так много и убедительно говорил о необходимости становления в Хакасии независимости правосудия, что мы не сомневались, «Николаич» – глыба хакасской демократии. Мы шли за Петром, верили, что стоим на стороне справедливости.

Ратуя за перемены в государстве и участвуя во всех наших инициативах (будь то редакционные дискуссии или полноценное участие в составе Совета по правам человека при главе региона), Лысенко, был свой, посвящен во все тайны и наша самая невероятная глупость в том, что ему доверяли и личные секреты. Как позже выяснилось, Лысенко свой был не только нам. Он свой везде, где это ему выгодно.

Зимой 2019 года наше издание отказалось работать на новую коммунистическую власть Хакасии. Ничего личного, таково наше решение. В ответ новые хозяева республики через ручных силовиков устроили спонсорам нашего издания жуткий ад и, в итоге, мы лишились студии Интернет-журнала Хакасии «Новый Фокус», дискуссионного клуба и самого издания. Осталось только доменное имя khakasia.info. Мы выстояли, ныне журнал в процессе восстановления. А тогда, разного рода честные и независимые журналисты, республиканские общественные деятели, принципиальные адвокаты, местные профессиональные союзы и правозащитные организации Хакасии не просто одобряли. Находили самые невероятные оправдания беспредельной политической расправы над нами на их глазах. Юристы, журналисты, общественные деятели Хакасии публично находили удобоваримые объяснения своей подлости. И это невероятный опыт, открывший глаза на многое.

А поборник независимости правосудия, защитник закона и права Петр Лысенко вовсе принял в расправе самое непосредственное участие. Первым делом, увидев беспредел против журналистов, он решил, что мы уже ни к чему в деле победы настоящей демократии. Адвокат в мгновение ока перековался в сторонника коммунистов и двинув глубокомысленную речь о победе «народной власти», тут же оправдал беззаконие против нашего издания. Но реальная подлость оказалась впереди. Зная личные тайны, Лысенко подсказывал новой власти где и как каждого из нас раздавить. А такое уже «убеждениями» не прикрыть.

«Долгая амнистия» Почему в Хакасии в 1967 году детей убивали уголовники, а в 2020 убивает лицемерие гражданского общества – Интернет-журнал Хакасии “Новый Фокус”

Отказ одним людям в праве жить в своем в государстве по закону, под предлогом защиты выбора других, ничто иное как форма оправдания личной подлости.

Адвокат Лысенко нашел идейное обеление беспределу против журналистов – друзей по одной причине: предать их в тот момент оказалось просто выгодно. Ничего личного, «персональная демократия».

А вот на каждого из нас и правда рухнула целая гамма чувств: как же так? Как? Как мы могли слепо доверять настоящему демократу? Ларчик же открывается просто.

Лысенко всем по жизни свой. И «красным» и «синим». У одних разузнает про вторых, а у вторых про первых. Нашепчет доверительно одним про других, столкнет их лбами или наоборот, помирит. Это один из самых тривиальных способов поднятия собственной значимости, а значит авторитета и клиентов. Где люди – ресурс.

Скажем, своим vip-клиентам Лысенко любит как бы между делом рассказать о дружбе с заместителем председателя Верховного суда Хакасии Ириной Пислевич. А другим рассылает фотографии руководителя Аппарата Верховного Совета Хакасии Нины Шейерман за столом у себя на кухне. И та, и другая нужны Лысенко только для поднятия собственной значимости. Верен адвокат и ценностям свободы слова. На страницах независимых онлайн ресурсов Хакасии Петр Лысенко с невероятно умным лицом вещает о ценностях гражданского общества, пробелах в становлении независимого правосудия и перспективах развития демократии. А позже этим же СМИ пытается создать проблемы. Именно Лысенко стоит за распространением компромата на независимых журналистов о том, что они, через осужденного экс-руководителя администрации главы Хакасии Владимира Бызова получали ежемесячную мзду от «разреза Аршановский». Лысенко без тени сомнения подставляет тех, с чьих страниц только что учил жить по совести и справедливости.

Адвокат Лысенко – символ хакасской демократии.

Интересно, а своего взрослеющего сына Петр Лысенко тому же учит? Используй сынок людей, подставляй и предавай. Подверни человеческие ценности под собственные интересы, главное прикройся красивой идеей радения за высшую справедливость это и будет основа твоего благосостояния и преуспевания.

Неужели Лысенко хотел бы своим детям такой же лживой жизни? Вряд ли. Но парень проживет свой век именно так, потому что другого примера у него не было. Шанса прожить достойно ему не дал собственный отец.

А может мы достойны такой жизни?

Вот и получается, министры делают тихо добро и боятся, как бы не угодить в неприятную политическую историю за свой человеческий поступок. А подонки в образах демократов учат Хакасию жить по закону, праву, чести и справедливости. При этом, претендуя на собственное главенство в процессе, на право разделять людей на врагов и друзей, определять неугодным вину и идейное оправдание себе. А главное, не останавливаясь ни перед чем на пути к своей цели. Тем более, такими мелочами как ценности демократии.

Под стать Петру Лысенко его партнер – адвокат Валерий Зайцев. В годы своей работы следователем прокуратуры, Зайцев фабриковал уголовные дела против невиновных журналистов.

А уже сегодня участвует в заседаниях ОБСЕ на Западе и рассуждает о проблемах с соблюдением прав человека в Хакасии.

Прочувствуйте.

Те, кто в Хакасии предавал журналистов в угоду власти вещает о важности свободы СМИ. А тот, кто фабриковал против журналистов уголовные дела, жалуется в Европе на ситуацию с правами человека в России.

Вы можете в это поверить?

А теперь задумайтесь, что эти люди могут принести обществу, если общество рассматривают только как ресурс?

Подобного рода шутов на защите демократии в республике можно перечислять долго. А от о тех, кто отнимает от себя, чтобы отдать другим, говорить нельзя. Очень боятся эти люди привлечения к себе внимания «честных» да «независимых».

Разве это правильно?

«Круговорот тьмы»

А может наши дети просто не хотят жить в мире лицемерия, алчности и зависти своих родителей – задавал я себе вопрос, тогда на кладбище после нашего эмоционального диалога с участниками уборки на заброшенных захоронениях. Может они подсознательно стремятся убежать из мерзкой атмосферы и реализовать свой потенциал во имя идей добра и милосердия? А как, не знают. Ведь отцы не научили сыновей на собственном примере взаимовыручке, любви и милосердию, а лишь обесценивали друг друга в попытке поднять свою значимость и вырвать из рта ближнего кусок.

Оттого и мыкаются дети стремясь найти себя и добрый смысл своей жизни пока разного рода дельцы не предложат им свои представления о справедливости идеями «А.У.Е.» или «Синий кит», например (в употреблении наркотиков, алкоголя, воровстве, грабежах, вариантов много). А дети легко попадают в паутину мошенников потому что отцы другой идеи им не дали, а внутри растет протест из-за не востребованности своих добрых помыслов, мечтаний и стремлений к врожденному улучшению мира. А коли я не нужен, тогда и получи мир от меня по полной…

Так и теряем мы будущее, потратив бездарно свой век. И все продолжает крутиться по одному порочному кругу. А разного рода мразям и дельцами только это и надо.

В 1967 наши дети нужны им были для выдуманных долгов, а в 2020 для торговли наркотиками. И «убеждениями»

Ведь в чем принципиальное отличие «лысенок» тех и этих времен? Один шел по головам людей ради заработка денег под идеей блатной справедливости, а второй – под маской борца за независимость суда.

А настоящие люди стесняются сказать о своих добрых делах, боятся навлечь на себя гнев и заработать неприятностей только за то, что они хотели сделать этот мир лучше. Так, что же делать?

На следующий день утром я поехал в Никольский Храм. Неожиданно в церкви незнакомая женщина решила подарить мне пару книг, а мне надо было выговориться. Я рассказал о своих мыслях, о том, как наше время прозябает в грязи алчности, зависти и злобы, а не стремится принести в мир любовь, добро и милосердие. Как обесценивают наши все инициативы, а лживые «лысенки» учат остальных жить людей по закону. Ее ответ на мой долгий монолог сразил простотой вывода:

– А ты думал дьявол действует иначе – спросила она…

В этом и есть вся беда. Те, кто хочет нести свет, постоянно сомневается в себе и боится осуждения. А те, кто выдает тьму за благодетель, уверены в страхе людей перед мглой. И как бы не хотелось опустить руки, нельзя сдаваться уже потому что мрак еще никогда не устоял перед светом. И неважно, за кого себя выдает тьма.

Михаил Афанасьев

Участники уборки от всей души благодарят простого парня Кузьму Лопатина за то, что оторвал на благое дело бензопилу. Черногорского политика Владимира Смышляева за небезразличие и две бензопилы. Владимир помог без всяких условий. Мы ему желаем политических побед и надеемся быть полезными. А всех тех, кто участвовал или просто остался небезразличен, хотим поблагодарить за то, что они – настоящие. Мы продолжим акцию «Память заброшенных миров» и приглашаем всех желающих помочь нам в хорошем деле. Каждое воскресенье в 11 часов мы собираемся у входа на абаканское кладбище № 2 (на горке, на Верхней Согре) и работаем 3-4 часа. Этого достаточно, чтобы сохранять в себе Человека.

Материалы по акции:

«Память оборванных миров» В Абакане начинается акция по уходу за заброшенными детскими могилами на закрытых кладбищах города

«Человеку никак без хорошего дела» или как заброшенные могилы в Абакане помогают беречь в себе человека. Материал о первом дне акции.

«Дети предлагали этому миру лучшие идеи» или как обесцениваются идеи развития гражданского общества Хакасии Материал о реакции на инициативу об уборке закрытого кладбище №2 в Абакане.

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Пожалуйста введите Ваше имя

*

code