Коротко

«Какчество»

12.05.2014 06:14:29
"Какчество следствия"

"Правдометр"





Аким Чебодаев был бы жив. Был бы…Если бы полицейские патрульно–постовой службы, прибывшие на вызов матери Акима – Маргариты Тохтобиной, не любезничали с подвыпившей компанией, а сгребли всех троих в кучу и определили в «обезьянник». Но даже после трагедии, силовики наносят матери Акима одну душевную травму за другой. То экстремизма не увидят, то полицейских с милиционерами перепутают, то шорты погибшего утратят. Это называется «качество» хакасского следствия.

 

                                                                                                                      Закон точность любит: на волосок сойдешь с него                                                                                                                                 - кому-то серпом по шее резанешь

                                                                                                                                                Глеб Жеглов «Эра милосердия»

Следственный комитет Российской Федерации был, как известно, создан в 2007 году. Создание комитета, как водится, преследовало самые благие цели: улучшение качества следствия, процессуальная независимость от прокурора, ну и, естественно, объективность следствия, освобожденного от мелочной и назойливой прокурорской опеки должна была обеспечить законность в сфере уголовного судопроизводства вкупе с неукоснительным соблюдением конституционных прав граждан на самом высшем уровне.

Законы наши святы

Но это как раз те самые прожекты, благие намерения и благородные помыслы, которые, как и следовало ожидать, привели к результатам, весьма сильно отличающимся от ожидаемых.

Выяснилось вдруг, что следователь, приобретя столь чаемую им процессуальную независимость, и не подгоняемый прокурорской дубинкой, тут же впал в грех волокиты, да и качество следствия, мягко говоря, осталось очень далеко от идеала.

Но дабы не быть голословным, продемонстрируем эти свои утверждения на самых что ни на есть конкретных примерах.

Ранее я уже писал про упорное нежелание наших доблестных следственных органов привлечь убийц Акима Чебодаева еще и за экстремизм.

Теперь взглянем на эту историю несколько, с другой стороны. Итак, представим себе далеко не идиллическую картину: трое молодых людей «культурно» отдыхают. Правда, непонятно, после каких именно трудов праведных они так уж утомились, поскольку ни один человек из этой троицы нигде не работает, предпочитая сидеть на шее у родителей. Ну ладно, не об этом разговор.

Само же понятие отдыха у такого типа людей подразумевает употребление тех самых напитков, которые очень прилично поднимают и градусы организма и, разумеется «градусы» веселья. Ну а обязательным прилагаемым является дружеское общение, которое сводится к очень громкому, но, увы, совершенно нецензурному выражению своих эмоций. А происходит все, замечу, во дворе дома, в присутствии детей самого нежного возраста.

Если назвать вещи шершавым языком официальных документов, то налицо признаки административных правонарушение: нецензурная брань, вообще-то, является ничем иным как мелким хулиганством, за которое виновный, как незабвенный Федя из старой доброй комедии, вполне может получить срок до пятнадцати суток. Да и распитие спиртных напитков законом отнюдь не приветствуется, а, напротив, наказывается штрафом.

Проходившая по двору жительница этого дома Рита Тохтобина сделала им замечание – и получила в ответ кучу оскорблений вперемешку с матом.

Что ей оставалось делать? Вызвать полицию! Полиция долго ждать себя не заставила, и минут через десять-пятнадцать на вызов прибыл полицейский наряд в составе старшего лейтенанта Олега Кузьмина и сержанта Ильи Ширни. 

Вежливость, вообще-то, прекрасное качество. Недаром еще Сервантес писал, что ничто не дается так дешево и не ценится так дорого, как вежливость. Но и самое прекрасное качество, будучи примененным не вовремя и не по делу, может превратиться в свою противоположность.

Невежливый полицейский просто взял бы всю эту троицу и доставил их всех в дежурную часть УВД города для разбирательства и составления соответствующего протокола.

В данном же случае полицейские вежливо спросили у всех троих собутыльников согласны ли те извиниться и, получив безусловные уверения: да мы, начальник, прям сейчас готовы извиниться, столь же вежливо удалились. Ну а последствия известны. Те самые последствия, которых могло не быть, если бы бузотеры просидели пару-тройку часиков в «обезьяннике» в дежурной части.

Вполне естественно, что Рита Тохтобина обратилась с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении полицейских. Заявление было зарегистрировано в Абаканском следственном отделе 5 сентября прошлого года, а 19 сентября в отношении обоих полицейских было возбуждено уголовное дело.

Меж трёх сосён блуждая….

В принципе, Рита Тохтобина именно такого результата и добивалась. Но от себя замечу: уголовно-процессуальный закон отводит на решение вопроса о возбуждении уголовного дела десять дней. В данном же случае прошло две недели. Нарушение срока налицо. Однако и руководство отдела, и руководство управления отнеслось к этому с олимпийским спокойствием.

По итогам расследования уголовное дело было направлено в суд. Замечательно, не правда ли? Но нет, ничего замечательного в этом не оказалось.

Во-первых, дело расследовалось пять с половиной месяцев, хотя дело-то элементарнейшее. Никаких тебе заключений экспертиз, которые зачастую требуют нескольких месяцев для своего проведения, никаких тебе больных, с которыми, пока они не выздоровеют, невозможно проводить следственные действия. Всего-то и требовалось получить должностные инструкции, допросить потерпевшую, свидетелей, общим числом четырнадцать душ, предъявить обвинение, ознакомить обвиняемых с материалами дела и – в суд. Далее, по идее, суд должен был дело рассмотреть и вынести приговор. Разумеется, обвинительный.

Однако гладко было только на бумаге, а действительность оказалась для наших следователей гораздо более суровой.

В соответствии с постановлением судьи Абаканского городского суда Елены Щербаковой от 10 апреля 2014 г. дело было возвращено прокурору для устранения недостатков, препятствующих его рассмотрению, по существу.

Формулировка, конечно, замысловатая. Но если ее чуть-чуть упростить, то можно сказать иначе: дело вернулось для дополнительного расследования.

При этом в судебном постановлении в качестве препятствий для рассмотрения дела судом указано следующее:

При формулировке лицу обвинения в совершении преступления, связанного с ненадлежащим исполнением должностным лицом своих обязанностей, подлежит обязательному выяснению каким законом либо иным нормативным правовым актом регламентированы полномочия должностного лица. В обвинительном заключении по настоящему уголовному делу в качестве такового указан Устав патрульно-постовой службы полиции, утвержденный приказом МВД России от 29.01.2008 г. № 80, вместе с тем, не указана редакция приказа, в то время как приказ МВД от 29.01.2008 г. № 80 стал регламентировать должностные обязанности соответствующих сотрудников полиции лишь с 11.03.2012г., с момента внесения изменений приказом № 160, до этой даты, приказ № 80 регламентировал деятельность соответствующих сотрудников милиции, каковыми Кузьмин О.В. и Ширня И.А. в момент инкриминируемого им преступления, не являлись.

Вот так, следователь Абаканского следственного отдела Юлия Золотухина за пять с половиной месяцев не удосужилась толком разобраться, с кем она имеет дело: с милиционерами или с полицейскими. Вот это качество! То самое про которое покойный Аркадий Райкин говорил в своих сатирических выступлениях: «Какчество»!

Но и это еще не все. В прошлом году Постановлением Государственной Думы в связи с двадцатилетием принятия Конституции Российской Федерации была объявлена амнистия. С одной стороны, это, конечно, хорошо. Для тех товарищей, которые хоть и отличились на криминальном фронте, но вовсе не жаждут превратиться в граждан, то бишь обвиняемых, затем подсудимых и, в конце концов – осужденных.

Обязательным условием для прекращения уголовного преследования являлось совершение преступлений, наказание за которые не превышает пяти лет лишения свободы, и естественно, отсутствие близкого знакомства с местами, не столь отдаленными. Ну и еще некоторые моменты. В том числе и участие в боевых действиях.

Олег Кузьмин, как указано в его характеристике, был в командировке в Чечне в составе сводного отряда МВД Хакасии. Разумеется, его командировка на территорию мятежной республики не свидетельствует о том, что он являлся участником боевых действий. Но мы можем это предполагать с той или иной степенью достоверности, а следователь обязан доказать.  А по мере установления данного факта решить вопрос о применении к нему амнистии. Чего, разумеется, сделано не было. О причинах же остается только гадать. Также, впрочем, как остается только гадать, почему такой промах не был замечен руководителем отдела процессуального контроля, согласившимся с направлением дела в суд.

Ну и последнее. На десерт, так сказать. Обоим обвиняемым была вменена в вину часть первая статьи 293 УК РФ – халатность, повлекшая тяжкие последствия. В постановлении же судьи достаточно ясно изложено, что, по мнению суда в данном случае действия обоих подсудимых следовало квалифицировать по части второй этой статьи, поскольку прямым следствием допущенной ими халатности являлась смерть человека. Поскольку наказание в данном случае строже, суд не может сам изменить квалификацию, и обязан вернуть дело прокурору.

Кто без греха….?

Не менее любопытно и то, что следователь Юлия Золотухина умудрилась допустить по этому делу такие «косяки», за которые в советское время, когда законность еще была социалистической, она сильно бы страдала, а в худшем случае пробкой вылетела бы с работы.

Именно ею были произведены первоначальные следственные действия по делу об убийстве Акима Чебодаева, в частности выемка его одежды, том числе и шортов, которые находились на нем во время убийства.

Данные шорты были изъяты в морге совместно с другими вещами убитого парня. В связи с тем, что на них имелись пятна крови, они подлежали приобщению к материалам уголовного дела с последующим их признанием вещественным доказательством и направлением на экспертизу.

Однако следователь Золотухина умудрилась эти шорты утерять.

Узнав об этом, Рита Тохтобина, которая была признана потерпевшей по делу, обратилась с жалобой на имя начальника следственного управления генерала Коневских.

И вот какой она впоследствии получила ответ за подписью и.о. руководителя отдела процессуального контроля Н.Г. Лаврентьевой:

«При проверке материалов уголовного дела по факту смерти Вашего сына следственным управлением установлена утрата шорт. Их утрата, с учетом всех материалов уголовного дела, не может повлиять на квалификацию действий обвиняемых и результаты расследования уголовного дела.

06.11.2013 следственным управлением проведена служебная проверка в отношении следователя Абаканского МСО Золотухиной Ю.В., по результатам, которой принято решение о привлечении следователя к материальной ответственности, за непринятия мер по возращению одежды Вашего сына». (орфография сохранена).

Право же, интересно, а как со следователя Золотухиной взыскивали стоимость этих трижды несчастных шорт. По остаточной стоимости, с учетом износа, или же по полной стоимости. И не впала ли от этого следователь Золотухина в состояние полной разрухи и совершенной обездоленности. И, что самое главное, зареклась ли она впредь терять вещественные доказательства?

Очевидная безнаказанность за не менее очевидный дисциплинарный проступок, явились причиной того, что она и далее допускала нарушения законности. Которые, кстати, и повлекли за собой возвращение дела прокурору.

Ну, допустим, она действительно человек молодой, опыта следственной работы маловато, но куда же тогда смотрят старшие и более опытные руководящие товарищи с большими звездами на погонах?  Или, может, они считают, что их работники непогрешимы в той же мере, как и Папа Римский и ошибаться не могут априори. Но, увы, действительность убеждает нас в обратном.

Сталинский нарком путей сообщения Лазарь Каганович в свое время говорил так: «У каждой аварии есть имя, отчество и фамилия». После чего делались соответствующие выводы. Несколько перефразируя его выражение, можно сказать, что каждая ошибка имеет свое имя, отчество и фамилия. Но только вот беда, что ошибки есть, лица, их допустившие, тоже есть, а вот о выводах нам что-то ничего неизвестно. А маленькое умолчание порождает большое недоверие к органам, которые, как и жена Цезаря, должны быть вне подозрений в некомпетентности, предвзятости и нарушении законности.

Николай Ежов

P.S.


Ваша оценка:
(Голосов: 7, Рейтинг: 3.9)

На главную


Комментарии сайта
Комментарии вКонтакте
Комментарии facebook
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
 
«Какчество»