Этот текст был написан через неделю после убийства Анны.
Ей показался знакомый этот человек, высокий и худой, точнее – его взгляд, острый, нащупывающий, колючий, и она, давно привыкшая жить в состоянии непреходящей опасности и оттого постоянно, на автомате, оценивающая обстановку по степени возможной угрозы, почувствовала какой-то холодок в груди.
Она вошла в подъезд, пакетов в обеих руках было так много, что она не могла даже нажать кнопку лифта, не положив часть из них на пол.
Надо было в машине что-то оставить, - подумала она, да, впрочем, кому они нужны?
Дома было тепло, выбежавшая собака радостно виляла хвостом, улыбалась и успела, пока она выкладывала пакеты в коридоре, вылизать все ее лицо, запачкав очки.
Сейчас, сейча я вернусь, подожди, ну что ты, я сейчас.
Лифт еще не успел уехать, она нажала кнопку первого этажа, холодок в груди прошел, на душе было покойно и тихо, как в осеннем лесу в ясную погожую пору. Она протерла носовым платком очки. Дверь лифта открылась.
Все-таки, где-то я его видела.
Она вскрикнула, медленно стала оседать на пол, и шапка седых волос закрыла ей лицо.
Вечная ей память.
