• »   Новости
• »   Общество
• »   Власть
• »   Бизнес
• »   Расследование
• »   Они о нас
• »   Доска Почёта
• »   Вольная тема
• »   Трибуна
• »   Дайджест

Гробик с трехлетней Викой занял немного места. Вокруг – цветы, венки с надписями родных. Много женщин. В черных платках. Плакать уходят на кухню. Оттуда доносятся приглушенные рыдания. Дать волю слезам – зарыдают другие. Даже я. Рядом с Викой, этим прелестным созданием, ее любимые игрушки, детские книжки-раскраски, любимая шоколадка «Несквик». И ее фотография. Улыбающаяся девчушка, счастливая, глаза излучают игривость. И теперь она - в свете одной свечи. Вся комната в свете одной свечи. Для родителей вся жизнь. Много фотографий Вики стоит на шкафу. Родители души в ней не чаяли. Я ловлю себя на мысли, что не верю в то, что вижу. Дети не должны умирать. Это против природы. Что эти жулики, коррупционеры и все то дерьмо, что восседает в высоких кабинетах? Мы живем ради детей. И они должны жить лучше нас. И не могут умирать. Вся свора чиновников не достойна жизни Вики. Она не должна была умереть.

«Почему они так показали? Почему они хотят оставить виноватой в трагедии мою дочь? Для меня свята память о ней» - отец Вики – Сергей спрашивает меня о сюжете   программы « Nota Bene».

В новостях ведущие республиканские журналисты сказали, что в распространении менингококковой инфекции виновата Вика. Якобы она была носителем вируса. Однако факты говорят об обратном. Вика заразилась. И это также очевидно как ведущий республиканский журналист, получающий подарки от власти. Они не посчитали необходимым выяснить этот момент. Как собственно задаться одним вопросом: Откуда вообще взялась инфекция? И мне не впервые приходится отвечать за ведущую республиканскую прессу:

«Им власть так сказала. Вот, говорят. Поговорили, пошли домой» - отвечаю, вытягивая уже третью сигарету из пачки.

«Сегодня были из абаканской прокуратуры, попросили придти. Как считаешь, будут они объективны» - спрашивает Сергей.

«В этом случае, да. Не могут остаться безучастными. Спросят по всей строгости. Лишь бы не пошли на поводу у попыток назначить крайних, а наказали истинных виновников» - отвечаю.  

«А кто был» - спрашиваю Сергея.

«Женщина и два молодых человека» - говорит Сергей.

«Опера, видимо. Проверку проводят» - размышляю вслух.

Подошла мама Вики. «Помогите нам» - обращается она ко мне.

«Я сделаю все, что могу и не могу» - обещаю перед родителями ребенка.

«Почему они так показали» - спрашивает мама Вики.

«Они живут по простому принципу: с мертвых спроса нет, а нам свои должности надо сохранить» - отвечаю.

Родители Вики, трехлетнего дитя, лежащей сейчас в гробу, кивают головой. Они узнают в моих словах нашу жизнь. Они узнают свою трагедию. От которой уже не оправятся никогда. И никто из чиновников не узнал в погибшем ребенке, в ее книжках-раскрасках, в трогательном мире маленькой девочки, свою обязанность защищать ребенка. Положить свою жизнь ради ее спасения ребенка. Родители Вики уходят к гробу своего смысла жизни. Разворачиваюсь, еду в абаканскую инфекционную больницу. Там за окнами палат ходят взволнованные отцы.

Один из них военный. Только сегодня вернулся из командировки.

«Я зашел домой, никого нет. Следом пришли из санэпидемстанции. Мол, надо взять у вас мазок. Спрашиваю: что случилось? Отвечают, что жена с ребенком в инфекционной больнице. Сдал анализы, сразу сюда» - не успел переодеться. Как приехал, так ходит в форме.

«Они сами не знают, от чего лечат» - говорит молодой парень-кавказец. «Колют какие-то антибиотики, а вдруг они противопоказаны, диагноза же нет»

«Боже мой! И это – 21 век! С нацпроектами, заботами государства о детстве. В стране, где все только «Для народа» - не выдерживаю я.

«Что, ты не знаешь, как решаются эти вопросы» - спрашивает меня кавказец.

«Знаю. И меня такие познания задолбали окончательно» - отвечаю.

К диалогу присоединяются пациенты инфекционной больницы, наблюдавшие за беседой через открытое окно второго этажа. Один из них беседует с кавказцем на своем языке.

«Это от китайских огурцов» - говорит другой молодой парень.

«Почему ты так решил» - спрашиваем едва ли не хором.

«Неделю уж лежу тут. Вон, китайцы с нами в палате» - поясняет молодой человек. «Сейчас его подведу»

К окну подошел китаец.

«Слышь ты, обезьяна. Если с моим ребенком что вдруг, ты вовсе из России не уедешь» - мгновенно реагирует кавказец. Китаец виновато исчезает с проема окна.

«Может это не от огурцов» - размышляет еще один из отцов.

«Да какая уже разница. Откуда взялась инфекция? Почему не выявили? Не остановили распространение. Сейчас у моего, растет температура, сиди сутками как на иголках» - отвечает ему другой участник беседы.

Я отхожу побеседовать с матерями. Одна из девушек оказалась в курсе некоторых новостей. По ее словам, два дня каждые пятнадцать минут привозили зараженных менингококковой инфекцией детей. Время от времени приезжает милиция. Что произошло, как попала инфекция, никто из врачей не знает. Однако моя собеседница уже неделю лежит со своим сыном именно с менингококковой инфекцией.

Выходит, о распространении инфекции знали раньше?

В реанимации сейчас лежит воспитанник Детского сада «Елочка» четырехлетний Вова. Прогнозы неутешительные. Он в инфекционной больнице уже неделю. С Викой они ходили в одну группу, дружили. Даже поверхностное сопоставление фактов указывает на то, что источник распространения инфекции необходимо искать с мальчика.

Сейчас очень похоже на то, что контролирующие органы, такие как СЭС, больше растерянны, чем готовы пресечь распространение заразы. Именно санэпидемстанция должна нести всю ответственность за трагедию в детском саде «Елочка». Как стало известно из своих источников,   первый тревожный сигнал об обнаружении инфекции в этом детском саде был зафиксирован две недели назад. Ввели карантин. Предпринимали ли дальнейшие меры, неизвестно. Если предпринимали, то недостаточные. Кто ответить по всей строгости? «Стрелочник» или реальный виновник. Что это за санэпидемстанция, что не может пресечь распространение инфекции, зная о ней за две недели? После смерти Вики им ничего не помешало ночь дезинфицировать помещение детского сада. Какие причины препятствовали провести дезинфекцию раньше?

Уже сейчас ясно, что распространителем инфекции пытаются обвинить Вику. Родителям трехлетнего ребенка останутся на память фотографии, игрушки да опороченная взрослыми память.

Михаил Афанасьев

Справка:  Менингококковая инфекция - антропонозное заболевание, передающееся воздушно-капельным путем и характеризующееся широким диапазоном клинических проявлений - от менингококконосительства до менингита и тяжелейшего менингококкового сепсиса. Инкубационный период от 2 до 10 дней.

Менингококковой инфекцией болеет только человек. Заболевание распространяется от больных и внешне здоровых носителей воздушно-капельным путем. В эпидемиологическом смысле наиболее опасны носители, поскольку на одного заболевшего приходится 1200-1800 носителей. Около 80% заболевших - дети и подростки, на детей в возрасте 1-5 лет приходится 50%. Среди взрослых чаще болеют молодые люди в возрасте 15-30 лет. Особенно актуальна эта инфекция в воинских коллективах. Заболеваемость повышается в зимне-весенний период, эпидемический процесс имеет волнообразный характер, пики заболеваний отмечаются каждые 30 лет. Инкубационный период - 1-10 дней, чаще 5-7 дней.

Особенностью инфекции является то, что по причине наличия у менингококка защитной капсулы (равно как и у гемофильной палочки, и у пневмококков) маленькие дети (1-5 лет) неспособны эффективно вырабатывать иммунитет против природной инфекции. Результатом этого является то, что пик менингитов приходится на младших детей.

Менингококковая инфекция - заболевание с высокой смертностью, несмотря даже на своевременное и современное лечение. Погибает до 30% заболевших. Особенно опасными формами являются сепсис и менингит, которые, помимо высокой летальности, характеризуются большим числом инвалидизирующих осложнений (до 50% случаев).

Менингококковая инфекция серотипа С протекает молниеносно. в случае с серотипом C пациент (как правило, ребенок до 5 лет) гибнет менее, чем за сутки единственная защита – вакцинация, но только в нескольких странах мира она носит обязательный характер (в частности, в Саудовской Аравии) т.к. риск осложнений от вакцинации значительно превышает риск болезни

В России обязательны вакцинации против туберкулеза, гепатита «В», дифтерии, коклюша, столбняка, полиомиелита, кори, краснухи и эпидемического паротита. Этот список от года к году редактируется.

Вакцинация против туляремии, чумы, бруцеллеза, сибирской язвы, бешенства, лептоспироза, клещевого энцефалита, лихорадки «Ку», желтой лихорадки, брюшного тифа, менингококковой инфекции, гепатита «А», холеры только лишь   рекомендуется по эпидемическим показаниям. В этом году единичные случаи инфекции фиксировались от Эстонии (в городе Пярну) до Бурятии.