Дядя Арчи продолжает составлять жалобу:
… поставить перед экспертом следующие вопросы:
1. Направление движения транспортных средств в момент столкновения, а/м «УАЗ» и а/м «Опель».
2. Каково было взаимное положение данных транспортных средств в момент столкновения?
Завидую бискамжуну: пишет - не оторвался ни разу. Не задумался. Я так не могу - пальцы судорогой сводит.
- В «хате» каждый должен заниматься своим делом, ты же знаешь, каким делом занимаются
+р@сы
? Твоя расписка (о том, что «Ковбой» не будет врать сокамерникам – прим.)?
- А тебе кто больше нравится?
- Ну, что ты молчишь, кокетка?
- Улыбнулся бы хоть, что ли. Или хихикнул бы, на худой конец!
- На, держи станок, мыла «хозовского» кусок возьмёшь за трубой на толчке. Там же и побреешься.
- Булки брей- готовься! Пойдём, Саня, покурим. А ты скоблись пока, размышляй: каким видом секса предпочтёшь заняться в это время суток.
Окошко расположено над столом и, хоть я и не курю, собираемся попускать дым все вместе. Приходится на время отложить жалобу в сторону.
- Малой, ты куришь?
Вопрос к бискамжуну, он долго не может понять, что от него нужно. Кивает.
- На, держи, перекури малость. Видал, что творится - совсем «Ковбой» заврался. В тюрьме нельзя так. Ты-то, надеюсь, не такой?
- Не, видно - нормальный пацан. Вон, всё как было, так и написал: «пили-били-ничего не помню».
- Чё, в деревне? Только «шмурдяком» торгуют или самогонка тоже есть? Да ты сигаретку-то поджигай, подкуривай.
- «Дурмахорку» - то куришь? А по вене, нет? Сам не пробовал?
- А кто пробовал? Семенами колетесь?
- Сами варитесь или с «кузни» (Новокузнецка – прим.) таскаете?
- А кто возит, знаешь? Завязывай курить - садись, пиши. Только не ври.
Затяжка. Зримо ощущаешь, как наполняются лёгкие долгожданным удовольствием. Наслаждение растекается по всему телу и, не в силах более задерживаться в неволе, вылетает струйкой дыма сквозь двойную решётку в ночное небо.
- Интересно, сколько дадут?
Шрам начинает всегдашний свой разговор. Сейчас он точно, до дня подсчитает, что успевает отвести дочку в первый класс, если дадут три с половиной и он вовремя получит УДО (условно-досрочное освобождение – прим.).
- Может три дадут, тогда точно успеваю. Дочка - это не пацан, ей обязательно нужно, чтобы отец за руку в школу отвёл. Вот дяде Арчи хорошо,- у него два пацана: ни забот, ни хлопот - здоровые уже.
- Старший школу нынче заканчивает.
Да, действительно - никаких «забот». Хорошо мне.
Рука машинально тянется к «зебре» с двумя чудом выжившими после плановых и внеплановых «шмонов», скрепками.
Болек, большей частью отмалчивается. Он не женат, молодой ещё, несмотря на вполне уже приличный «стаж». Угадывается в его взгляде, что на заводе он никогда работать не будет. Вот и сейчас, смотрит с недовольным прищуром через бискамжунову руку на заполняющуюся неровными строчками тетрадную страничку.
- Да, права была Блаватская,- самый страшный грех, это невежество.
- Спорно, коллега,- привычно поддерживает разговор Шрам - концепция Булгакова мне более по душе, самый тяжкий грех- это страх.
- Ну что, падре,- пошли грехи отпускать?
- За падру ответишь.
Два окурка синхронно вжимаются в обтянутое золотинкой дно пепельницы, выполненной из хлебного мякиша и спичечных коробков.
- Стройся, грешники. Сейчас падре вас за ваши грехи опускать будет.
…осталась без внимания. Тогда, в прокуратуру г. С-ка под исходящим номером…
Прощённый, за явку о четырех эпизодах «коровоубиенства» и чрезвычайно довольный этим обстоятельством посапывал на «пальме» (верхнем шконаре) «Ковбой».
В далёкой Бискамже («третий дом от магазина, ворота синие с железками, номер не знаю») девушка Ира, с трудом сдерживая позевоту, подсчитывала скудную ночную выручку. Ругала треклятое захолустье, мечтая, втайне, что поднакопит деньжат и выберется, наконец-то в Аскиз или, чего мелочиться - в сам Абакан. И будут у неё свои курьеры, и не надо будет тащиться как проклятой в Новокузнецк. Унижаться при въезде в цыганский посёлок перед ППС-никами на шлагбауме, которые каждый раз заламывают всё новую и новую цену за проезд. (Выбралась. В Абакан, пос. Молодёжный-1 прим. авт.)
- Не мало, слышь, Лёха. Четыре штуки не мало?
- Ворваньно, Болек сплёвывает в раковину зубную пасту,- тебе горячей воды оставить?
- Оставь, конечно, не наглей шибко.
- А что, холодной ноги мыть уже западло считается?
- Слышь, ты - сейчас явку писать сядешь.
Готова жалоба. Жалко отдавать - честное слово! Глажу руками пять форматных листов исписанных обязательным «красивым почерком». Улетит, растворится в океане таких же, как и она криков о помощи. Уляжется с сотней таких же, как она, к тысячам, уложенных ранее в ящики бюрократических столов. И не сможет остановить «пресс отечественного судопроизводства» - устроен он особым образом - давит, не замечая выстроенных из призывов к соблюдению законности, колонн. Измерение, видать, не то.
- Чё с этим - то делать будем?
-А-а-а-а, с че-е-ем?
-
Бензин. «Сливали с *** и с ***. Патом завтра опять с *** ещё пришол *** сказал нада»
- Всё, шудэ! Вырывайихнах! Муратыч сказал - пробить на наркоту. Какая «бензин», полдеревни щас на тюрьму заедет, угомонись, да?
Занимался рассвет. Маленький паучок - хозяин камеры - прекрасно понимая, что здесь никто его обидеть не посмеет, всё же приостановился в нерешительности возле верхней шконки. Посмотрел неодобрительно на грязную пятку ковбоя, торчащую из-под одеяла и, продолжил далее свой спуск на паутинке. Дойдя до нужного места остановился, повисел чуть раскачиваясь и убедившись, что его заметил тот, ради которого он и спускался с потолка - покарабкался вверх.
Сегодня на этап.
Дядя Арчи
Материал:
«Душняк-1»
И еще новость. Дядя Арчи согласился стать постоянным автором «Нового Фокуса»
