• »   Новости
• »   Общество
• »   Власть
• »   Бизнес
• »   Расследование
• »   Они о нас
• »   Доска Почёта
• »   Вольная тема
• »   Трибуна
• »   Дайджест

«Звери в униформе» ночных джунглей Абакана» часть вторая

Среди читателей «НФ» не мало матерей и отцов. И неважен социальный статус. Простые люди, прокуроры, судьи, милиционеры. Представьте, уважаемые мои читатели на одну минуту, что Вашего ребенка насильно усадили в машину, зверски избивают, угрожают убить. Вывозят за город, отбирают документы и ведут в овраг... И когда Ваш ребенок вырвался из лап садистов и остался жив (от зверских побоев попав на больничную койку), испытав нечеловеческий страх, чтобы спасти свои шкуры (уж извините читатели, какая жизнь, такие слова) подонки, прикрываясь своими удостоверениями «сотрудников УБОП» и государевыми полномочиями, пытаются обвинить Вашего ребенка в сутенерстве, сфабриковав уголовное дело. О чем будете думать Вы?

В преамбуле Всеобщей Декларации прав человека ООН умные люди написали: « пренебрежение и презрение к правам человека привели к варварским актам, которые возмущают совесть человечества… необходимо, чтобы права человека охранялись властью закона в целях обеспечения того, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и угнетения». Не приведи Господь призывать кого-либо к чему-либо. Попытайтесь, как родители своих детей понять, что испытали родители Евгения Киселева. Возможно, тогда станет ясно, кто разъедает нашу Державу изнутри. Безнаказанность преступлений против собственного народа – опасный путь.

Вырвавшись из цепких рук «оперативника-братана» Евгений перемахнул через дорогу и побежал в сторону улицы «Советская». Убегая из последних сил от извергов, он краем уха услышал топот и, оглянувшись, заметил, что один из «оперативников» бежит параллельно ему по асфальту. Евгений бежал вдоль труб изоляции. Понимая, что преследователи сейчас его заметят, он упал на землю и прополз под трубами на обратную сторону оврага. Чуть правее горел свет на заправочной станции. Евгений решил, что спастись от садистов он может, только укрывшись в помещении заправки. Из всех сил он побежал на свет. Падал, вставал и бежал на спасительный свет. Падал, вставал и опять бежал. Только бы спастись от извергов, представившихся сотрудниками милиции. «Добежал до заправки – рассказывает Евгений. Прошу оператора: вызовите милицию, на меня напали. Оператор тут же начал звонить в «02». Я ему объясняю, что сейчас меня догонят и просто тут убьют и прошу, чтобы он запустил меня внутрь. Но оператор отказал, мол, по инструкции не имею права пустить внутрь» Евгений не успел договорить. К заправке подъехали «оперативники». Женя попытался убежать, но уже слишком устал бегать от «защитников». Его сбили с ног, остальное он помнит смутно.

«Помню, что в голову нанесли несколько тупых ударов, полетели искры из глаз и все, – говорит Евгений. Слышал уже как в тумане. Они, видимо, перестали бить. Один из них говорит, да надо было его... Другой, мол, хватит с него. Садятся в машину и уезжают. Все документы мои у них остались. Я добрел до оператора АЗС и опять попросил вызвать милицию, он ответил, что не может дозвониться. Попытались вызвать частную охрану, но те ответили, что пусть сам добирается и пишет заявление в милицию. Такое вот отношение». Своим отношением к произволу в погонах мы очень славимся. Будут избивать человека люди в форме на улице, большинство пройдут мимо вроде как не заметили. Зачем нам лишние проблемы? Меня же не бьют. Влезу, еще мне перепадет. Пусть бьют. Им же все можно. И мы даже не представляем, что таким отношением мы только гарантируем их право на произвол. Избивать и калечить наших детей. А наши дети, своих детей.

Придя в себя, Евгений побрел к оператору АЗС и попросил вызвать такси. Он понял, что остался жив и в голову начали приходить уже другие мысли. «Я ехал в такси и думал, что делать? – вспоминает Евгений. Избили милиционеры, и заявление выходит, писать надо было в милицию. Думаю, поеду в милицию, а вдруг они меня там ждут или встретятся мне. Тем более, они знают, где я живу, отобрав права и документы». Евгений решил посоветоваться с друзьями. Они дали ему единственно верный совет: писать заявление в милицию, чем бы это не грозило. Оставлять безнаказанным такой беспредел выше человеческого страха. Друзья повезли его в больницу. Позвонили родителям. Но, оказалось, заявить о преступлении милиционерами в самой милиции, как рассказывает Евгений, не так просто. «С пяти часов утра до 11 часов мы ждали пока они примут заявление – говорит Евгений. Не принимали ни в какую. Дежурный сказал мне: ты не торопись писать заявление, всегда успеешь. Поговори с этим человеком. Подходит ко мне, представляется: УБОП. Просит пойти поговорить. Такой обходительный, любезный. Провел меня в УБОП, завел в кабинет. Налил чаю и начал со мной договариваться. Откуда, говорит, ты знаешь, что это они? Быстро небыстро показали тебе удостоверения? Как ты мог узнать, что они с УБОПа? А если даже это они, может, договоримся? Им выговор сделаем, тебе документы вернем. У нас такое первый раз. Раньше подобного не было. Я отвечаю: может для вас это первый раз, но это – отморозки. Они у меня отобрали документы, знают теперь, где я живу. И если я даже сейчас скажу, мол, нет претензий. На следующий день они приедут меня вообще убьют. Как, спрашиваю его, теперь буду выходить на улицу после этого? Он мне говорит: ты же показал свой характер. Ты пришел в милицию (с каких пор обращение в милицию за защитой от преступления - проявления силы характера? – прим. «НФ). Якобы мне дадут номер сотового телефона начальника этих троих и если что звонить ему. Я сказал ему, что посоветуюсь с родителями».

Евгений без того знал, что родители слушать не захотят ни о каком «примирении». Тем более по неким понятиям. В 12 часов дня заявление было принято. Добившись за семь часов того, что милиционеры обязаны делать по первому требованию, родители увезли сына в нейрохирургическое отделение Абаканской городской больницы. В тот день Евгению вновь пришлось пообщаться с сотрудниками УБОП. Они взяли у Киселева подробные показания и заверили, что дело против «оборотней в погонах» направят в абаканскую прокуратуру. Евгений уже тогда сомневался, что сотрудники говорят искреннее. «Я так понял, никуда они не собирались дело везти – делится своим мнением Евгений. Мои родственники звонили начальнику, он им сказал, мол, это не мои подчиненные совершили. Якобы, если бы били его сотрудники, то побоев было бы больше. Это мало для такой структуры как УБОП. Видимо, надо было, чтобы меня убили. И мне кажется, что все, что у меня спрашивали только для того, чтобы я не смог доказать, что это сделали именно сотрудники УБОП»

На следующий день у Евгения Киселева в больнице уже был журналист «НФ», юристы Хакасского регионального правозащитного Центра, представитель Ассоциации правозащитных организаций «АГОРА». По заявлению Евгения начато общественное расследование. Посетили Евгения сотрудники отдела собственной безопасности МВД РФ по Хакасии. «Особисту» Евгений назвал фамилию одного «сотрудника». Но…воз и ныне там. Как рассказывает Киселев, он получил только одно уведомление о том, что его заявление направлено в следственный комитет при Генеральной прокуратуре РФ по Хакасии. Впрочем, как бы там не было никто не намерен отступать и дать уйти безнаказанными тем, кто совершил циничное преступление против Евгения Киселева. И, кстати. Государственной службы.

По всей видимости, не сидели сложа руки те, кто причастен к избиению Евгения и те, кто пытается им покровительствовать. На одном из информагентств появилось странное сообщение. Вкратце выглядит оно так. Сотрудники УБОП, честно выполняя свой долг борьбы с организованной преступностью, поймали пару проституток (УБОП ловит их все чаще и чаще). И когда их повезли в Управление, сутенер, начал «защищать притон». Делал это он на дороге и весьма оригинально. «Подсекал милицейские машины», «создавал аварийную ситуацию на дороге», а позже вовсе «принял боевую позицию у здания МВД и совершил наезд на двух сотрудников УБОП». Не хватает только пары-тройки штрихов. Например, ехидно при этом улыбался. Плевался, томно посматривал на милиционеров… А побои получил, ударяясь об руль, когда хохоча от удовольствия давил беззащитных и несчастных сотрудников УБОП, разбегающихся в разные стороны от злобного сутенера у здания милиции. Эдакий маньяк-защитник притона. Готов поспорить, подобный сценарий не снился заморским голливудским сценаристам. Похоже, тот, кто представил такую информацию, отличается особой оригинальностью, и гений в нем чуть не умер от безделья. Творческий подход к службе помог бы УБОП МВД РФ по Хакасии не терять понапрасну талант. Возможно, стоит подать заявку на телевидение и вести собственную развлекательную программу «УБОП-шоу». Не сомневаюсь, рейтинги передачи будут на высоте. Граждане оценят.

Сейчас Евгений выписался из больницы под наблюдение врача. Он учится на пятом курсе ХТИ СФУ и готовится к защите диплома. Для него принципиально важно наказать своих обидчиков. Не из чувства мести, а чтобы подобное не произошло впредь ни с кем. Чтобы подобное не могло быть в принципе. Не о таком государстве преподают у них в институте… У него много сторонников, соратников и защитников. На момент написания этих строк осталась неизвестным только одно. Правоохранительные органы Хакасии не дали ответа: несут ответственность служивые их системы за совершенные ими преступления или сам факт службы в органах уже сам по себе дает право творить, что душе угодно.  Очевидно, что пассивность дала преступникам возможность уничтожить ряд доказательств.

P. S. После выписки из больницы Евгений Киселев дал короткое интервью «НФ»

«Если бы не правозащитники»…

Евгений, как ты себя чувствуешь?

Сейчас, нормально. После избиения, конечно, тяжело было. Когда везли в больницу, чуть сознание не потерял. Две недели лежал в больнице. Спасибо врачам. Сейчас наблюдаюсь у специалистов.

Честно, много думал. Думал, что придут ко мне в больницу те, кто меня избивал. Не пришли, конечно.

Ты читал заметку о себе как ты «защищал притон». Что можешь сказать по этому поводу?

Хорошо хоть не стрелял в них. Одно могу сказать. Это как в детском саде. Когда один ребенок кого-то ударит, то обязательно потом скажет: он первый начал. У них сейчас такая же позиция. Если бы я кого-то там сбил, я бы точно уже сидел. И как я мог их сбивать? Это же сотрудники милиции. Сейчас они пытаются отвертеться от обвинений, что меня избивали и придумали такую версию через две недели. Такая у нас милиция.

Как считаешь, должны те, кто тебя избивал, понести уголовную ответственность?

Когда меня избили, я сидел возле заправки и думаю: что мне дальше делать? Они отобрали у меня документы и знают, где я живу. Я даже не хотел в милицию сначала обращаться. Если бы не правозащитники, то я бы остался один на один с этими «сотрудниками». И не знаю, как бы все это закончилось. В милиции мне советовали не торопиться с заявлением. Предлагали договориться. То есть хотели все свести на нет. Правозащитники мне очень помогли и, главное дали уверенность, что таких людей как те «сотрудники» не надо бояться. А отправлять в тюрьму. Я с ними согласен.

С момента обращения Евгения Киселева в правоохранительные органы Республики Хакасия прошло около одного месяца – говорит начальник отдела общественных расследований Хакасского регионального правозащитного Центра Сергей Потылицын. Ни смотря на установленные Федеральным Законодательством, а именно Уголовно – процессуальными нормами, сроки рассмотрения заявления о преступлении практически истекли.

Возможной причиной затягивания установленных сроков может послужить именно тот факт что, ответственность за нарушение прав Евгения Киселева ответственны именно работники правоохранительных органов, действия которых подпадают под признаки состава преступления предусмотренного п. «а», ч. 3 ст. 286 Уголовного кодекса РФ. А именно превышение должностных полномочий, совершенное с применением насилия или с угрозой его применения.

В соответствии со ст. 13 Конвенции о защите прав человека  и основных свобод, эффективность защиты прав является не только соблюдение предусмотренных сроков, но и  всесторонность, объективность рассматриваемого нарушенного права человека, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

В настоящее время по заявлению Евгений Киселева ведется общественное расследование. Юристами правозащитного центра будет оказано необходимое содействие  в установлении и привлечении к уголовной ответственности виновных лиц»

Михаил Афанасьев